Как работает Мобильный художественный театр

Не экскурсия и не аудиокнига — директор Мобильного художественного театра Алексей Киселев рассказывает о ценностях проекта, подборе актеров, любимом спектакле и о том, как сюжеты произведений оживают на улицах Москвы и Петербурга.

Что такое Мобильный художественный театр

Начнем с того, что театр сегодня — это труднодоступное искусство. Билеты стоят дорого, залы маленькие, людей много, попасть на хорошие известные постановки — непростая задача. Поэтому общедоступный театр — это как будто оксюморон.

В пандемию мы поняли: спектакль, физически не привязанный к театру, — это новая опция, а не компромисс. Мы осознали, что можем сделать театр для всех! С помощью смартфона можно разнообразить интерактивные механики, придумать что-то неординарное — тут огромный простор для творчества.

МХТ — это приложение со спектаклями, в ходе которых вы обычно гуляете по городу. Оно не ставит перед собой цель заменить традиционные театры. Никакие формы не опровергают другие. Как сказано в пьесе А. П. Чехова «Чайка»: «Всем хватит места, и новым и старым формам, нечего толкаться». Это прекрасно понимают все, кто находится на территории театральной практики. Кто-то занимается современным танцем, кто-то — классическим балетом, кто-то — театром кукол, кто-то — аудиотеатром. У каждого есть свой зритель.

Мобильный театр совсем не похож на экскурсию — мы не занимаемся экскурсиями! Я их терпеть не могу и не понимаю, зачем они нужны. Наверное, мне не везло. Был на десятках экскурсий, но ни одной не помню. Зато помню каждый спектакль, который я смотрел. Мы создаем театр. У нас есть и спектакли, не связанные с достопримечательностями. Они связаны с небом, рекой, прохожими, со слушателем. А во время карантина мы сделали несколько постановок, место действия которых — ваш дом.

«Мы работаем друг для друга»

Приложение МХТ позволяет видеть статистику, поэтому я знаю, какая у нас аудитория. Она немного отличается от театральной. Пока это в основном москвичи, хотя появляется все больше зрителей из других городов России. Средний возраст — 20–35 лет.

Есть один важный принцип: мы все делаем для себя. Расскажу короткую историю: когда я работал в журнале «Афиша», спросил у Шурика Горбачева (шеф-редактор «Афиши» в 2013-2014 гг. — прим. HiPO), кто наша аудитория. Он ответил: «Наш читатель — это мы сами, мы работаем друг для друга. Если нам самим будут интересны наши материалы, то будут интересны и другим, таким же как мы». Я запомнил эту фразу и привык так и работать.

Мобильный художественный театр — часть креативной студии «История будущего», ее основал Михаил Зыгарь, а еще он художественный руководитель МХТ. В нашей команде постоянно работают около десяти человек, среди них — директор студии Маша Шашаева, продюсеры МХТ, исторических проектов и видеоконтента, наши дизайнеры, PR, SMM и люди, которые занимаются ресерчем.

Одновременно мы разрабатываем три – шесть проектов. Над каждым спектаклем работают порой до десяти человек, не считая артистов. Плюс приглашенные композиторы, драматурги и режиссеры.

«Я несколько раз пытался сформулировать, чем мы занимаемся, но ничего вразумительного не получилось»

Я называл это пространственно-ориентированной драматургией и сайт-специфическим аудиотеатром. Но лучшее определение МХТ дал Теодор Курентзис, он сказал чертовски точную фразу: «Инсценировка пространства памяти».

Это особенно здорово описывает несколько наших спектаклей, основанных на историческом материале. Например, спектакль «Свинарка и пастух» — история о том, как в 1941 году по приказу Сталина снималась одноименная музыкальная комедия, в то время как город находился под обстрелом, шла бомбардировка. Мы решили взять за основу этот сюжет и прочувствовать, что вообще меняется и происходит, когда идет война, как и зачем это было возможно. Мы привязали реальную историю к пространству и смешали с сюжетом фильма «Свинарка и пастух», а роли в нем озвучили Чулпан Хаматова, Один Байрон и Ян Гэ.

«Мы никогда не знаем, что получится в конце»

Создание спектакля в МХТ — это экспериментальный процесс, мы никогда не знаем, что получится в конце. К тому же мобильное приложение позволяет сделать город не только декорацией, но и соавтором спектакля.

Например, когда мы создавали спектакль «Толстой. Москва и мир» (в главных ролях — Варвара Шмыкова, Филипп Авдеев, Максим Матвеев), я гулял по городу и случайно увидел здание, на котором была табличка: здесь жил и работал Л. Н. Толстой. Чуть позже мы нашли воспоминание Фета о том, что он приходил в этот дом — в гости к Толстому. И видел, как писатель работает над романом! Это такая абсолютно постмодернистская вещь. Получается, что персонажи спектакля приходят в гости к автору романа.

Еще пример: во время создания спектакля «Пигмалион» нам помогла информация о визите Бернарда Шоу в Москву в 1931 году. Точки его маршрута довольно легко удалось восстановить, и оказалось, что они очень точно объясняют драматургию пьесы. И финал спектакля получился почти документальным! Еще классно, что в «Пигмалионе» вместе с Екатериной Варнавой сыграли главные роли актеры тоже МХТ — Московского художественного театра имени Чехова: Игорь Миркурбанов и Александр Семчев.

«Спектакль создается, когда есть идея»

Все начинается с идеи. Она может исходить от кого угодно — просто от знакомых или от кого-то из нашей команды. Сейчас есть уже более сотни идей, которые мы хотели бы реализовать. Они связаны с определенными местами или литературными произведениями.

В какой-то момент мы «запускаем руку» в этот портфель с идеями, находим одну и понимаем — пришло ее время. Так было со спектаклем «Рас — стаемся» по мотивам поэм Цветаевой. Идея возникла еще в самом начале существования МХТ, и мы обсуждали с режиссером Женей Берковичем, как это могло бы быть. Прорабатывали, тестировали, переделывали полностью в течение полугода… Мы долго не могли определить дату премьеры. Но в какой-то момент поняли — все, пора! И вот мы его выпустили.

На начальном этапе задумка может касаться какого-нибудь пространства в городе, темы, исторического или художественного материала. Например, нам хотелось сделать что-нибудь в парке «Зарядье», потому что это удивительное место — такой тихий-маленький уголок природы в центре мегаполиса. Мы изучали пространство, представляли, какие сюжеты оно диктует. Буквально отталкивались от конкретной точки на карте, а потом додумывали все остальное.

«В процессе создания спектакля всегда есть стадия ресерча»

Мы обязательно обращаемся к историку-исследователю с конкретным запросом по местам, годам, историческим личностям. Вместе с ним уточняем все детали и передаем материал драматургу. Мы работаем с Михаилом Дурненковым, Валерием Панюшкиным, Марией Кирсановой, Машей Рупасовой, Феклой Толстой, Екатериной Зинович и другими.

Дальше над собранным материалом работает редактор, в какой-то момент включается композитор. Создается концепция — как это будет звучать, кто в спектакле может играть, какие должны быть голоса.

Затем все проверяется на местности — мы выходим и снимаем видео. В конце, когда уже есть готовый текст, мы записываем артистов в студии и создаем атмосферу тех мест, где проходит прогулка. Это нужно для эффекта присутствия в фоновом режиме. Итоговый трек-лист создают композитор и звукорежиссер.

Часто придумываем разные опции: маршрут может быть нелинейным, могут быть вставки с видео, push-уведомлениями, картинками или дополненной реальностью.

Финальная стадия — это «вкручивание» спектакля в приложение, тестирование и премьера. Мы считаем себя настоящим театром (тем более что у нас есть две номинации на «Золотую маску») и делаем настоящую премьеру: зовем друзей, журналистов, театральных критиков, артистов, режиссеров, драматургов и музыкантов. Они слушают спектакль, проходят маршрут, делятся впечатлениями. Так мы проверяем спектакль на публике и после можем внести какие-то доработки.

«Химия происходит, если правильно поработать с артистами»

Голос — главный критерий, по которому мы выбираем актеров. Важно, чтобы голоса не были похожи между собой и были узнаваемы. Кастинг бывает тщательный — как, например, к спектаклю «Толстой. Москва и мир». Мы с Феклой Толстой, Екатериной Зинович и Мишей Зыгарем перебрали десятки вариантов.

А бывает, что выбор случается стихийно. Мы приглашаем людей, с которыми хотим работать, сразу все понимаем про их голоса, записываем всех по отдельности. Потом в мастерской композитора происходит магический процесс — мы получаем оживленный диалог людей, записанных в разные дни, они не видят друг друга. А диалог настоящий, живой!

Кстати, как ни парадоксально, чаще всего актеров лучше писать по отдельности. А магия происходит благодаря правильной работе с артистами. У нас бывают и репетиции. Например, спектакль «Рас — стаемся» на Воробьевых горах: Женя Беркович много работала и с текстом, и с артистами — Вадиком Королевым и Анной Чиповской.

«Мы стремимся, чтобы зрители чувственно и тактильно участвовали в спектакле»

Мы делаем разные постановки. Единственное ограничение — это фантазия авторов. Я понял, что нельзя оставлять человека один на один с картой. Он, может, и догадается, куда идти, но это будет неудобно. Классно, когда человек забывает про то, что у него телефон в кармане, а идет дальше, потому что маршрут понятен из реплик героев. Фото и видео в телефоне тоже не очень работают.

Город — непредсказуемая структура, это живая вещь. Когда мы вступаем с ним в контакт, мы присутствуем при живом процессе. А аудиодорожка — явление зафиксированное. Наша задача — создать контакт слушателя с городом посредством аудио. Это должен быть живой процесс — подобный художественному контакту в театре, где каждый спектакль не такой, как предыдущий.

Маршрут не должен быть слишком долгим — час-полтора. А если больше, то человеку нужно дать возможность сделать перерыв и зайти в кафе, где ему дадут скидку. Например, Noor Bar ждет слушателей спектакля «Рок Тверская».

Отпадают городские места со строгим графиком работы. У нас была идея зайти внутрь театра им. Моссовета в ходе спектакля «Мастер и Маргарита». Мы даже нашли очень классный макет в стене, на который можно смотреть и воображать, что ты видишь представление. Но все это оказалось невозможным — двери театра часто бывают закрыты.

Что же тогда работает лучше всего? Интерактивные части. Мы стремимся, чтобы зрители чувственно и тактильно участвовали в постановке.

В детском спектакле есть эпизод, когда нужно бегать, в «Зарядье» можно снять наушники и «фотографировать» глазами происходящее, а в «Рас — стаемся» надо бросить монету в воду с моста и прикоснуться к столбу, когда персонаж говорит, что он холодный и ржавый.

«Какие аудиокниги?! Это совсем другое!»

Я действительно тестирую каждый маршрут и продумываю все детали. Прохожу ногами по местности, вижу все своими глазами. Возвращаюсь домой, совмещаю это с видео, обсуждаю с драматургами и техническими работниками, если нужно, например, чтобы вибрировало push-уведомление. И так наша команда раз пять тестирует маршрут перед финальным вариантом.

Моя работа — управлять вниманием слушателя в пространстве. Поэтому сравнение с аудиокнигами довольно обидное. Мы заботимся о человеке: чтобы его не сбила машина, чтобы он успел вовремя, чтобы не нужно было нажимать на паузу, чтобы он нигде подолгу не стоял и ничего не ждал.

Главные наши враги — светофоры. Но и тут мы придумали, как это обыграть. Сейчас вот работаем с дополненной реальностью, пытаемся понять, как не навредить человеку, обогатить впечатлениями и так далее.

«1000 шагов с Кириллом Серебренниковым»

МОБИЛЬНЫЙ ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ТЕАТР
Билет на аудиоспектакль «Покровка. До дна»
МОБИЛЬНЫЙ ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ТЕАТР
Билет на аудиоспектакль «Отравленный пояс»

Начать знакомство с Мобильным художественным театром лучше всего со спектакля «1000 шагов с Кириллом Серебренниковым» — это первый спектакль театра, он был высоко оценен критиками и номинирован на «Золотую маску». В следующих постановках вы заметите много нового в техническом плане, но этот спектакль поможет познакомиться с механикой театра и понять, близка ли она вам.

Рекомендую и детский спектакль «Когда башни были маленькими» — взрослым он тоже нравится. Это отличная работа Маши Рупасовой и актерского состава. Маршрут проходит вокруг Кремлевской стены, из него я узнал много нового о Кремле, его башнях, логике сооружения и о том, как было устроено военное дело XV-XVI веков. Я слушал этот спектакль несколько раз для собственного удовольствия. Единственное — не советую использовать bluetooth-наушники, потому что в этом месте они плохо работают.

«У нас есть стратегия на много лет вперед»

Сейчас в работе шесть новых спектаклей. Не могу сказать, как долго они будут создаваться и в какой последовательности выходить. Несколько спектаклей — для Москвы, при этом уже готовится целая серия постановок для других городов России.

Есть проект технического развития самого приложения. Мы хотим использовать самые разные технологии, связанные с видеокамерой, интерактивными механиками, мультиплеем, разветвляющимся маршрутом и алгоритмами, которые генерируются в режиме реального времени. Это позволило бы контактировать со зрителями в других локациях.

У нас есть общая стратегия на много лет вперед — она подразумевает долгое и постепенное развитие, будет много интересного. МХТ стал первым в мире театром-приложением. Впереди много суперинтересного.

Для ценителей искусства

Смотреть все

Вам также может понравиться