Ирина Горбачева: как перестать быть хорошей девочкой и полюбить себя

Мария Командная
Мария Командная

Главный редактор HiPO

.stk-post img { max-width: 100%; }

Актриса Ирина Горбачева пообщалась с главным редактором HiPO Марией Командной и рассказала, как она научилась выстраивать собственные границы, поняла, что такое осознанность, и стала слышать, как с ней разговаривает ее собственное тело. В итоге получился большой разговор о главном: о принятии и любви к себе.

Актриса Ирина Горбачева пообщалась с главным редактором HiPO Марией Командной и рассказала, как она научилась выстраивать собственные границы, поняла, что такое осознанность, и стала слышать, как с ней разговаривает ее собственное тело. В итоге получился большой разговор о главном: о принятии и любви к себе.

— Ты в недавнем интервью Сереже Мезенцеву сказала, что ты совершенно счастливая девушка. Что значит быть счастливой в твоем понимании?

— Мне кажется, что счастье, пребывание в состоянии счастья — это все-таки не перманентная история. Это то состояние, то чувство, которое ты можешь испытывать в совсем разных красках. Иногда тебе кажется, что ты в экзальтированном состоянии, у тебя все на мази, все получается. Допустим, ты влюблен, на работе все класс, все в жизни супер. И тогда на вопрос: “Ты счастливый человек?” ты ответишь: “Да, я счастливый человек”. Если мы начнем анализировать нашу повседневную жизнь и тебя опять спросят: “Ну что, вот сейчас ты счастлив?” — что ты скажешь? Недавно я поняла — это одна из моих теорий, что такое счастье лично для меня. Это состояние спокойного восторга.

— А как ты пришла к этому определению?

— Я испытывала счастье в разных ситуациях, но опять-таки это ощущение было связано с удачей, классной премьерой, успехом. Оно всегда было сопряжено с чем-то. То есть я не могла сидя дома ощутить это счастье в себе. Последние годы я начала ощущать счастье в спокойствии. Почему я говорю, что это спокойный восторг: когда ты ощущаешь это внутри, каждой клеточкой, и ты при этом можешь выдыхать и разговаривать, например как сейчас.

— Ты сейчас произнесла это слово: внутри. Раньше на тебя давили внешние установки, и ты проделала большую работу, чтобы избавиться от них. Что это за работа и к каким установкам ты пришла сама?

— Я постараюсь максимально сжато сейчас рассказать, потому что это целый путь и я еще иду по нему. Во-первых, это установка “хорошая девочка”. Я боялась быть виноватой, боялась конфликтов и не могла находиться в состоянии какого бы то ни было конфликта. Обида — это на самом деле такое чувство, которое относится только к тому человеку, который ее испытывает. То есть это его краски, которыми он окрашивает те или иные события, его касающиеся. Чувство вины — это тоже установка: ты постоянно или периодически испытываешь вину и никак не можешь перестать ее испытывать даже после того, как тебе сказали остыть и простили. А я-то себя не простила! И в голове появлялись мысли: сейчас я покажу, как нужно заслуживать прощение. Предаваться самобичеванию, наказывать и зажимать самого себя, не позволять себе что-то, не уметь отказывать и быть хорошей — эти установки надо мной довлели. Последняя установка, с которой я работала и работаю до сих пор, — это причинять добро людям. Да, именно так. Причинять добро. Я периодически “сую свой нос” туда, куда не надо, либо бегу впереди паровоза, не жду, пока спросят моего совета, и я иду сама со своим советом, думая, что больше всех знаю. Контроль — это один из видов манипуляции и одновременно признак неуверенности в себе. Ты не позволяешь другим быть собой, жить свою собственную жизнь, быть любым: и вредным, и злым, и иногда заносчивым. Все это — наши чувства. Позволить себе жить и испытывать их все, даже те, которые считаются не позитивными в нашем социальном мире, — это, как оказалось, важный для меня аспект, потому что я очень долго делила все на черное и белое и хотела только пряники получать. А чтобы получать пряники, нужно вписываться в определенные рамки. Ты превращаешься в ничто: становишься очень хорошей, очень удобной, очень позитивной, веселой девочкой, на которую все смотрят и говорят: “Вон Ирка-то молодец! Вот смотри, какая она хорошая”. Ты становишься заложником своего образа. А периодически из тебя лезут черти, потому что все мы живые люди. Не могу сказать, что я познала дзен и стала гуру, но я осознала, что гонка за идеальным состоянием, за тем, чтобы быть примером для всех, — это не готовность жить свою собственную жизнь и проживать те чувства, которые ты действительно испытываешь. Когда я начала это понимать, обнаружила, что живу не так, как хочу, занимаюсь не совсем тем, что мне нравится и приносит удовольствие. Я от этого не испытываю чувство свободы, чувство удовлетворения. Я подумала, что нужно из этого состояния выбираться. И это было началом пути.

Я начала отдавать себе отчет в том, что такое осознанность. А осознанность — это когда ты понимаешь, что ты делаешь, когда и почему. У всего есть последствия, и у тебя есть ответственность за каждую ситуацию. Нет ни одной ситуации, в которой ты можешь сказать, что какие-то люди тебя обманули, обокрали, предали, бросили. Вот эти все вещи, где ты жертва — это огромный ворох, который тащится с детства, потому что все-таки наши родители не занимались психологией. Для них обращение к психологу, психоаналитику или, не дай бог, к психиатру означает, что ты болен.

— Да, что с тобой точно что-то не так!

— Сейчас ситуация меняется. Такие слова, как психолог, медитация, йога, уже не чужеродные. Ты понимаешь, что люди этим пользуются. Мы вылезаем из норы самобичевания и чувства вины, которая у нас коллективная. Мы ее испытываем как нация.

— В определенный момент ты решила, что называется, перестать быть удобной. Мне кажется, что это связано напрямую с тем, что ты стала учиться защищать собственные границы. Когда это произошло?

— Я всегда интересовалась психологией, мне нравилось изучать поведение людей, искать причинно-следственные связи. Я ходила к остеопату, очень интересной девушке. Когда ты садишься напротив нее, то начинаешь ерзать. Она смотрит как бы сквозь тебя и спрашивает: “Как дела?” А ты отвечаешь, долго рассказываешь. Она кивает и снова спрашивает: “А твои как дела?” Я говорю: “В смысле? Я же рассказываю”. А потом приходит осознание, что у тебя происходит, болит, и ты понимаешь, к чему она клонит.

Однажды она спросила, как выглядит мой внутренний дом, как выглядят мои границы и что это такое. Я увидела картинку: домик с открытой дверью, где я с распростертыми объятиями всех встречаю: заходите все, я накормлю, одену, обую, сделаю из тебя королеву. Я такой большой спасатель и куча персонажей мамочек-нянечек. Конечно, эта картина меня ужаснула. И она мне сказала: “Ира, ты хотя бы колышки поставь, протяни забор на своей территории”. А она была узенькой: мне много не надо, я тихонечко поставлю забор, чтобы все вы меня могли видеть, я от вас не отгораживаюсь. И постепенно этот забор превратился в высокий, и территория увеличилась. У меня есть только одна калиточка сейчас — это телефон моего директора или агента. В эту калитку можно позвонить, но только в определенное время, и там есть табличка: “Иногда вам может открыть очень злая собака. Будьте к этому готовы”. Это сейчас. Но раньше я такого даже представить не могла. Желание нравиться всем и желание соответствовать ожиданиям людей — это ужаснейшая привычка, из которой очень сложно выбраться.

Я всеми руками и ногами за практики психологов, медитацию, йогу, спорт — то, что постоянно возвращает тебя к себе, к своему телу, к ощущению, что ты сейчас сам испытываешь. Наше тело постоянно с нами разговаривает. Грубо говоря, из-за общественного транспорта, толпы людей мы эту дистанцию не особо ощущаем. Есть люди, которые чувствуют свои границы, и они сразу скажут не подходить близко. И это воспринимается в штыки, потому что только сейчас появился коронавирус и люди начали соблюдать дистанцию. Люди узнали, что такое дистанция, в глобальном смысле. Не то чтобы никто об этом не знал, но соблюдать дистанцию важно, потому что заразить друг друга можно не только вирусом, но и словами, поступками, действиями, энергией. Насколько ты сам позволишь другим людям войти в твою зону комфорта, в твое пространство — это и есть осознанность. Это когда ты можешь съесть все что угодно, просто чтобы наесться, или можешь потратить время и понять, что ты хочешь кабачок, но не жареный, а запеченный, а еще киноа с помидором, авокадо и одно яйцо.

Когда мы заправляем автомобиль, мы заправляем его не любым топливом, а тем, которое для него подходит. На сомнительной заправке никто заправляться не будет. Так почему же мы сами к себе относимся по-другому?


Витамины тоже люди не особо пьют, хотя каких-то явно не хватает, да и кровь на анализ редко сдают. А тело всегда с тобой разговаривает, но слышишь ли ты его, настроен ли ты на него, работаешь ли ты с ним, в партнерстве ли ты с ним — это большие вопросы. Это труд и время, которое ты должен выделить для себя. Конечно, люди могут сказать, что у них нет времени и они работают целые сутки, как будто бы в этом кто-то виноват. Я каждый день сама выбираю, что я делаю, с кем встречаюсь, зачем встречаюсь, что я ем. Если я начинаю чувствовать себя не очень хорошо, я сразу ищу причинно-следственную связь, отматывая события назад. Здесь была, здесь поспешила, здесь себя предала, здесь не хотела соглашаться, но сказала да. Почему сказала да? Это как свет, который ты проливаешь на темные стороны своей жизни, на слепые зоны.

Если ты не хочешь рассуждать, почему ты так, а не иначе повел себя в той ситуации, тогда не удивляйся, почему с тобой происходит одна и та же ситуация — ты же делаешь одно и то же. А когда ты начинаешь обращать внимание и рассуждать, ты понимаешь, что делаешь что-то так, потому что бабушка так сказала, мама не так воспитала. Нужно задавать вопрос: “А это мое или не мое? Хочу ли я жить так дальше?” Возможно, все-таки нужно сказать спасибо этим качествам, а не говорить: “Эх, мать так меня воспитала! Надо было больше меня хвалить”. Стоп, ребята! Давайте брать ответственность сами за себя, если вы взрослые люди. И вообще нужно взрослеть, потому что многие люди вокруг нас лишь делают вид, что они взрослые, хотя ведут себя как дети, поступают как дети. Обижаются-то дети и подростки. Это тоже практика, она самая сложная для меня, и я хочу ею поделиться.

Если происходит какая-то ситуация, которая тебе не нравится, которая тебя раздражает и выводит из себя, нужно сначала поймать, желательно в моменте, когда ты уже разозлен и думаешь про этого человека, который причиняет тебе этот дискомфорт: так, окей, что мне сейчас не нравится в ситуации, что меня бесит, раздражает, как это назвать? Нужно понять конкретно, что он делает. Тебе кажется, что он тебя не слышит, или делает вид, или игнорирует, или он действительно такой. Если я еще раз подумаю, почувствую, что он черствый, бесчувственный и он специально меня провоцирует или игнорирует, то дальше это нужно как зеркало развернуть и посмотреть. А затем ответить на вопрос, где я по отношению к кому-то веду себя точно так же. Потому что каждый человек, который встречается, выводит нас из себя — это просто наше зеркало. И приходит человек с этим зеркалом, а смотреть на себя — некрасивого, неприятного, не взрослого, не ответственного — очень не хочется, очень больно. Но если ты все это осознал, дальше есть возможность выйти из этой ситуации. Если вы попробуете это практиковать, то увидите, что ситуация будет просто сдуваться. Вы можете даже потом поблагодарить этого человека, ведь он показал вам то, что вы не хотели в себе увидеть. Это непросто, но действенно.

— Ты заметила, как важно не предавать себя и свои ценности. В чем они заключаются? Какой смысл ты вкладываешь в эти слова?

— Для меня не предавать себя значит быть верной себе. А что значит быть верной себе? Держать слово и быть последовательной. Например, вы договорились встретиться вечером с другом, а ближе к назначенному времени вы поняли, что у вас нет для общения ресурса и желания. Так сложно сказать: “Я не хочу”. Мы чаще используем формулировку “я не могу”, то есть мы обходим эти острые углы, которые вызывают негатив. Это компромиссы, в которых мы постоянно существовали, воспитывались. Мы впитали их так глубоко, что избавиться от них очень сложно. Хватит проживать чужие жизни, хватит соответствовать желаниям других людей. И тому человеку, которого я люблю, я смогу объяснить, правильно преподнести, что я чего-то не хочу. И для меня это победа.

Мы боимся говорить нет, но это очень важно, просто делать это надо с любовью. Резкий отказ может ранить. Один человек мне однажды сказал: “Если надо объяснять, то объяснять не надо”. Эту фразу я очень долго пыталась осознать. Я всегда стараюсь не избегать коллективного сознания, но если я его вижу, стараюсь в него не попадать. Это такой огромный мыльный пузырь, в котором все думают и чувствуют по-разному, но есть этот голос сверху: “Мы одна семья, мы одна команда! Куда ты без нас? Ты же пропадешь!” И кучу страхов, кучу фобий на тебя накидывают другие люди.

— Конечно, и это не твои фобии, это фобии других людей, и ты за них ответственности не несешь.

— Но они становятся и твоими фобиями в том числе. Я сейчас про себя говорю. У меня были фобии. Например, материальная зависимость. Если я сейчас уйду из театра, у меня не будет стабильной зарплаты, думала я — хотя сама уже зарабатывала в “Инстаграме” и не нуждалась в зарплате. Я боялась, что сегодня есть предложения по рекламе, по съемкам в фильмах, а завтра их может и не быть, а постоянная работа — это безопасность и стабильность. Но это нежелание видеть мир таким, какой он есть. Ведь все люди разные. И в таких ситуациях происходят самые большие изменения и рост.

— Твоя работа связана с тем, что ты постоянно отдаешь людям энергию. Где ты ее черпаешь, как ты восстанавливаешь ресурс?

— Нужно не забывать не только отдавать, но и брать энергию — тут важен обмен. Если я чувствую, что отдала больше энергии, чем получила, использую такую практику: я представляю, что все мое ко мне возвращается. Я оставляю все чужое и забираю только свое. Так я чувствую, что могу обезопасить себя от выгорания. Очень важно быть в физическом тонусе и регулярно, систематично заниматься. Мне очень помогает йога, какие-то ритуалы, которые я делаю для себя: встать пораньше и позаниматься медитацией либо посвятить время молитве. Тогда день по-другому начинается. Без системы, без контроля, без последовательности, без режима я не могу. Меня это не структурирует, мои мысли становятся хаотичными. Я стараюсь ложиться до одиннадцати, ужинать до семи и вставать чуть раньше. Это настраивает меня на день.

— Ты нашла свои точки опоры, которые помогают тебе быть в гармонии с собой. И в этой гармонии ты сумела построить здоровые отношения не только с собой, но и со своим партнером. Какой смысл ты вкладываешь в понятие здоровых отношений?

— Построить здоровые отношения могут только взрослые люди. Кто же они такие? Это те люди, которые не боятся ответственности и могут признавать свои ошибки. Если ни то, ни другое вы не можете делать, то построить взрослые взаимоотношения будет сложно. Раньше я играла в какие-то игры: ставила человека на пьедестал и сдувала с него пылинки, а потом сама же могла опустить, контролировать, гнобить и спускать человека с этого пьедестала, то есть постоянно указывала на его ошибки.

Я входила в отношения и раз за разом повторяла одно и то же. Но сохранять дистанцию в отношениях очень важно. Мы ментально идем к тому, чтобы разделять какие-то ценности, быть в синхроне, развиваться, но не забывать, что у нас могут быть разные интересы, разные предпочтения в плане дня. Желание любви заставляет мимикрировать и становиться кем угодно. Это, конечно же, нездоровые отношения. Нужно не бояться отказывать, признаваться, что хочется побыть одному. Тогда ты воспринимаешь человека как личность, относишься к нему с любовью и понимаешь, что он не хочет причинять тебе зла, не манипулирует тобой. Это непросто, и вкладываться в отношения нужно обязательно. И хватит говорить фразы: “Я думала, я думал”. Нужно разговаривать друг с другом. В отношениях ведь нет мелочей — все важно. Не надо додумывать за человека, не надо пытаться залезть в его голову, пытаться его разгадать. Не нужно бояться сложных периодов. Нужно выходить из конфликтов, уметь признавать свои ошибки — хотя все мы этого не любим — и извиняться. В отношениях я стремлюсь к чувству комфорта. Нужно сохранять себя, любить себя, тогда и тебя будут любить.

— Ты сейчас произнесла очень важную вещь: нужно разговаривать друг с другом. Разговор — это ключ ко всему. Не только в отношениях, но и в общении с коллегами, с родными и близкими.

— Другой человек не обязан считывать ваши сигналы. Если ты руководишь сам своей жизнью, ты не будешь ждать, а сам подойдешь и спокойно все объяснишь. Конечно, нужно понять, что же так цепляет, что бесит в человеке. Нужно подумать, где и ты так себя ведешь. Нужно принять, что и ты — не идеален.

— Никто не идеален. И это — нормально.

Интервью с Ириной Горбачевой полностью можно посмотреть по этой ссылке.

.stk-post [data-anim-name="preset-fadeInDown"]:not(#stk):not([data-anim="false"]) { opacity: 0; transform: translate3d(0, -100%, 0) }
.stk-post [data-anim-name="preset-fadeInDown"]:not(#stk):not([data-anim-m]), .stk-post [data-anim-name="preset-fadeInDown"]:not(#stk):not([data-anim-m="false"]) { opacity: 0; transform: translate3d(0, -100%, 0) }